Буддизм народов России: жизнь монастырей и "народный" буддизм
Добро пожаловать в Большой музей!
Здесь музеи рассказывают о себе по-новому. Знакомьтесь с экспонатами, читайте истории о связанных с ними людях и событиях, изучайте важные понятия. Мы приводим вас к музеям, а музеи к вам.

Буддизм народов России: жизнь монастырей и "народный" буддизм

Рядом с шаманским буддийское ова. РЭМ № 5651-32

Буддизм народов России: жизнь монастырей и "народный" буддизм

В буддизме выделяются две традиции: буддизм монашеский, опирающийся на преемственность в изучении письменного религиозно-философского наследия, и так называемый народный буддизм, формировавшийся на базе упрощенно истолкованной буддийской догматики, местных анимистических культов и шаманизма.

Не смотря на постепенный характер проникновения идей буддизма в народное сознание калмыков, бурят и тувинцев, в период второй половины XIX — первой трети ХХ вв. связь мирян и ламства была очень тесной. Каждая семья стремилась отдать в монастырь хотя бы одного из сыновей. Духовное звание было очень почитаемо и считалось благом не только для самого посвященного, но и для всех его родственников. В монастыри отдавали мальчиков в возрасте 6-7 лет практически из каждой семьи. Прихожане посещали монастыри не только для религиозных надобностей, но и для того, чтобы увидеться с детьми или племянниками. Семья освобождала их от обязанностей по домашнему хозяйству и снабжала всем необходимым для жизни в монастыре.

Собственные богословские школы в бурятских дацанах возникли в середине XIX в. До этого времени молодые монахи за получением систематического образования в области философии и тантры отправлялись в Тибет и Монголию. Буддийское образование имело многоэтапный характер. На первой ступени новичок обучался чтению и письму на монгольском и тибетской языках. В бурятских дацанах ученики (хувараки) почти все свое время утром проводили в учении и посещении богослужений, а послеобеденное и вечернее время посвящали учению и повторению. В Агинском дацане существовал обычай, заимствованный, видимо, из Лаврана, когда ученики с наступлением сумерек выходили на улицу и до условного звона громко повторяли наизусть свои тибетские уроки. Таким образом, заучивались целые тома религиозного содержания. На второй ступени учащиеся должны были научиться переводить тексты с тибетского языка на монгольский. Изучение медицины и астрологии до пятого философского курса позволяло получить основные прикладные знания для удовлетворения нужд населения. На шестой ступени изучалось четыре класса тантр по книге Цзонхавы «Агрим». Теория и практика тантры изучалась в Бурятии в акпа-дацанах. На тантрийские факультеты поступали обычно по завершении философского образования и обучались там 3-4 года.

Кроме языкознания, философии, логики, тантры, медицины и астрологии в бурятских дацанах параллельно преподавалась поэтика, стилистика, музыка и танцы. При этом только философия и тантра считались собственно буддийскими науками, остальные были светскими. Одной из наиболее характерных особенностей преподавания в тибетских монастырях является детально формализованная методика проведения диспутов, лежащая в основе тибетской дидактической системы.

Тантра

Тантра — особая практика, к которой относится начитывание мантр, построение космограмм — мандала и практика их созерцания и психофизические практики.

Существовали различные системы иерархии монашества: духовная – по степени посвящения и административная – в соответствии с занимаемой должностью в монастыре, кроме того ламы различались по профессиональной специализации.

Степени духовного посвящения (бур. убаши, барма, рабчжун, гэцул, гелюнг) были связаны как с получением степеней богословского образования, которые присваивались после окончания курса и экзаменов на соискание ученых званий по тому или иному факультету, так и с принятием обетов монашеской дисциплины по каноническому дисциплинарному уставу Винаи (свод правил и распорядка буддийской монашеской общины). Степень гелюнга — являлась высшей, присваивалась с 20-летнего возраста при условии принятия и повторения всех 253 монашеских обетов и запретов. Первоначальные обеты с целью духовного совершенствования могли принимать также и миряне.

Калмыцкие священнослужители стали получать систематическое образование в области философии и тантры только в начале ХХ в. с учреждением местных религиозных школ, где учебный процесс был рассчитан на 13 лет. В высших школах чооре Малодербетовского и Икицохуровского улусов, открытых в 1907 и 1908 г., обучение включало догматическое и обрядовое учение. У калмыков существовало три степени монашеского посвящения — манджи, гецуль и гелюнг. Калмыцкое духовенство в целом именовалось – хуварак, в отличие от других исповедующих буддизм народов, где под этим термином имелись в виду только монахи низшей ступени посвящения. В школе первой ступени образовательный процесс продолжался 5 лет. Затем, приблизительно в возрасте 15 лет, ученики принимали посвящение в гецули, гелюнгами же становились в 23 года и старше. Особенностью иерархии калмыцкого ламства после введения запрета на проживание в монастырях детей моложе 16 лет стало появление сургулин кевюд – учеников младшей ступени, отданных на проживание в храм (хурул). Из-за ограничения штата монастыря к ним формально причисляли и множество священнослужителей и более высокого ранга.

Начальное образование в тувинских монастырях (хурээ) строилось по той же схеме, что и в бурятских и калмыцких школах. Три класса школы назывались соответственно – шокцин, мактал и цоцид. Каждый ученик имел своего учителя – башкы, которого мог избрать сам. По окончании школы ламы готовили себе новую одежду, состоявшую из юбки, куртки, шелковой повязки, двух повязок поверх куртки и шапки уже иного фасона, чем ученическая.

За приобретением высшего духовного образования тувинские ламы также отправлялись в Тибет и Монголию. Тувинские священнослужители также разделялись по сану, который зависел от религиозного образования. Большая часть лам получала образование по минимальной программе, они назывались падарчи и занимались культовой практикой вне пределов хурээ, живя своим хозяйством среди мирян, по своим кочевьям. Они имели специальную одежду – ламскую куртку и головной убор, повязку оргамчи, сумку хашбык бурек, небольшой набор атрибутов культа (посуду, свечи, книги и т.д.). Такие ламы, кочуя из аала в аал (тувинское кочевое поселение), должны были распространять среди населения культовые предметы и элементарные знания в области буддизма.

Уклад повседневной и духовной жизни в монастырях не был одинаков. В одних монастырях все было устроено согласно тибетской традиции, в других — подчинялось образцам монгольской буддийской церкви, третьи тяготели к смешанной лхасско-монгольской системе. Во многом это зависело от того, где именно получали высшее духовное образование главные иерархи монастыря.

Высшие административные должности в монастырях могли занимать только ламы, имеющие философское образование и принявшие монашеские обеты. Самой высокой в монастыре была должность настоятеля (ширетуй-лама – бур., камбы – тув., багши, ахлачи — калм.). В штате монастыря были лица, в круг должностных обязанностей которых входило ведение монастырского хозяйства, контроль за соблюдением устава монашеской жизни и правил богослужения и т.д. Прислужники при богослужениях иответственные за чистоту в храме назначались из лам низших рангов.

Каждый кожуунный монастырь в Туве был крупным собственником, владевшим земельными угодьями, пастбищами, стадами крупного и мелкого кота. Эта собственность составляла основу монастырского хозяйства. Монастыри, владевшие большими стадами, как и светские феодалы, в большом количестве сдавали монастырский скот на выпас аратам (крестьянин, скотовод). Земли, принадлежавшие монастырям, обрабатывались зависимыми от них людьми. Это могли быть как крепостные араты — шавылар, так и члены монастырской общины. Те и другие принадлежали к сословию «карачал» (рус. чернь), т.е. имели наиболее низкий статус среди населения.

Специфика тувинского буддизма заключалась в особенно высокой степени синкретизма с шаманскими и дошаманскими верованиями. Более половины тувинских лам к началу ХХ в. были женаты и жили со своими семьями при хурээ. Зафиксированы случаи женитьбы лам на шаманках, применения лекарями чисто шаманских приемов исцеления больного. Ламы и шаманы не только соперничали, но и пользовались услугами друг друга. Один из наиболее ярких примеров отступления от ортодоксального буддизма является факт подготовки в хурээ служителей культа, которые назывались бурхан бöö. После годового обучения в хурээ набор их культовых атрибутов, одежда и ритуальная практика сочетали в себе как ламские, так и шаманские элементы.

Основным занятием лам было отправление буддийского культа и духовная практика, практические же занятия зависели от возраста и индивидуальных наклонностей. Среди монастырского духовенства кроме ученых и рядовых лам, занятых в основном храмовыми богослужениями, имелись монахи, обладающие определенной профессиональной специализацией: печатники, иконописцы, скульпторы , резчики по дереву, чеканщики, литейщики, плотники, музыканты. Наиболее востребованными населением были ламы-тантристы (астрологи, медики). Их основными функциями являлось лечение, предсказание будущего, исполнение бытовой обрядности.

Буддийская астрология чурагай — особая наука, рассматривающая человека как мини-модель большого Космоса, построенная на законах математики, физики, астрофизики и астрономии. Для оказания практической помощи в ней веками отрабатывалась система составления индивидуальных астрологических карт, основанных на точных расчетах с учетом таких параметров, как место, год, сезон, месяц, время суток рождения человека, с помощью которых определяется даже степень влияния отдельных планет и звезд на его жизнь и состояние здоровья. Лама-астролог (зурхачи) рекомендовал наиболее благоприятные дни для перекочевок, составлял индивидуальные гороскопы при рождении ребенка и накануне Нового года, давал советы при выборе супруга и наречении имени, гадал каким образом должно производиться захоронение умершего.

При многих крупных монастырях в Забайкалье еще в XIX в. были организованы медицинские факультеты. Учебный курс был рассчитан на пять лет, в завершении которого ученики получали звание манрамбы. Ламы-врачи (эмчи) практиковали при монастырях среди всех слоев общества, а также выезжали к больным на места. Данных, указывающих на существование в тувинских монастырях специальных манба-дацанов, т.е. медицинских школ, как это широко практиковалось в Монголии и Бурятии, почти не встречается. В школах крупных хурээ изучение основ тибетской медицины происходило не в полном объеме, поэтому полноценное медицинское образование тувинские ламы могли получить только за пределами Тувы — в Монголии или Тибете. Эффективность тибетской медицины во многом способствовала росту авторитета лам и буддийского вероучения в целом среди простых кочевников. Известно, что с распространением буддизма у народов России наметилось значительное снижение смертности населения.

Музыканты в бурятских, калмыцких и тувинских монастырях выбирались из числа монахов монастыря на определенный срок, по истечение которого их сменяли другие монахи. Они зачастую владели несколькими или даже всеми инструментами одновременно. Набор культовых музыкальных инструментов на всей территории распространения северного буддизма (Тибет, Монголия, Бурятия, Калмыкия, Тува) также соответствовал строгим религиозным канонам. Тибетская инструментальная духовная музыка подразделяется на четыре оркестровые секции: перкуссия (барабаны), перезвон (ручные колокольчики и кимвалы), духовые (горны и раковины) и щипковые (струнные инструменты). Последние в ритуальной музыке не применяются, но их звучание акустически воображается. На танках музыкальные инструменты могут изображаться как подношения звука пяти органам чувств. Мелодии в обрядах буддизма Ваджраяны также были в основном каноническими, примерно одинаковыми во всех регионах распространения этого направления буддизма, но в Калмыкии, Бурятии и Туве они обрели местную специфику. В каждом монастыре имелся свой собственный ритуальный репертуар с различными вариациями музыкального сопровождения групповых церемоний. Количество музыкальных инструментов в разных монастырях не было одинаковым, оно зависело от богатства храма и численности его персонала.

Еще далее стали раздаваться звуки бубнов и раковин, несшихся из стана, главным образом, монахов, молящихся о благополучии разбойников.

Козлов П.К. Дневники Монголо-Сычуанской экспедиции, 1907-1909. СПб., с. 259

Музыкой, которой приписывалась способность усиливать действенность ритуалов, сопровождались молебны и праздничные действа (например, мистерия Цам, круговращение Майдари).

Монастыри Бурятии, Тувы и Калмыкии являлись не только религиозными центрами, способствовавшими сохранению и передаче буддийской традиции, но и выполняли важную культурно-просветительскую миссию. Буддийские монахи являлись носителями письменной традиции, осуществляли преемственность в передаче религиозно-философских знаний, препятствуя размыванию буддийской традиции со стороны автохтонных культов.

Уровень знаний и понимания буддийской традиции в целом у исповедующего эту религию населения был неодинаков. Простой, зачастую неграмотный народ многие постулаты Учения и культовую систему буддизм воспринимал достаточно поверхностно, совмещая отправление буддийских обрядов с традиционными добуддийскими верованиями.

Придя в Туву, Бурятию и другие территории центрально-азиатского и алтае-байкальского региона буддизм синтезировал бытовавшие в шаманской и дошаманской практике культы, пополнив их буддийскими идеями о перерождении, карме, нирване и просветлении.Сформировался определенный симбиоз ранних форм религии и буддизма.Наиболее значимыми и популярными персонажами буддийского пантеона у народов России стали Белая и Зеленая Тары, Авалокитешвара, Амитабха, Майтрея, Манчжушри, Ушнишавиджая, Амитаюс и др. Кроме этого, пантеон расширялся благодаря мифологизации реально существующих людей (Цзонхава и др.) и включенияв его состав бесчисленного количества божеств и духов из местных верований и культов (Белый Старец и др.).

В первую очередь буддизм ассимилировал наиболее социально значимые культы: неба, земли, огня, промысловые и ряд других, что привело к ассимиляции персонажей местного пантеона и к буддизации их культа. Многим дошаманским и шаманским божествам и духам были даны тибетские имена и канонические буддийские изображения. Так, один из главных бурятских богов тотемный бык-предок Буха-нойон был переименован ламами в Ринчен-хана. В 1840-е годы по указанию прибывшего из Монголии ламы на одном из выступов скалы в Тунке, напоминающей быка – священном культовом месте шаманистов, использовавшимся для проведения обрядов жертвоприношения, была сооружена кумирня в честь Ринчен-хана. В нее поместили бронзовые скульптуры и иконы с изображениями буддийских божеств, поставили столик с семью жертвенными чашечками. Отныне буддийские ламы здесь стали совершать службы, посвященные Ринчен-хану.

Важнейшим достижением буддизма в истории его распространения и закрепления в культуре народов России следует назвать буддизацию культа обо.

Культ обоо (бур.), ова (калм.), оваа (тув.), особых сооружений, посвященных духам-хозяевам мест, относится к древним дошаманским представлениям, восходящим к культу природы и семейно-родовым культам. Обо представляли собой каменные насыпи или груды сложенных веток . Обычно их возводили на горных перевалах, у почитаемых гор, а с проникновением буддизма – и у монастырей. На буддийских обо устанавливались особые сооружения – субурганы.

Буддийские обоо, которые воздвигали все крупные дацаны на месте прежних шаманских святилищ, представляли собой не одну, а 13 куч камней, символизирующих буддийскую картину мира. Центральная груда камней представляла мифологическую гору Сумеру – центр буддийского мироздания. Часто рядом с грудой камней на обоо возводили буддийские культовые сооружения: бумканы («бум» - тиб «100 000», «канн» - тиб. «дом, обитель»), мунханы или ступы. По четырем сторонам обоо вывешивали ритуальные флажки Хий морин, цвета которых соответствовали цветам дхьяни-будд (5 будд - 5 аспектов Высшей Мудрости). На обоо помещались жертвенные предметы, посвященные духам-хозяевам местности: деревянные фигурки животных, стрелы «счастья», иконы с изображениями буддийских божеств, другие ритуальные предметы.

Обряд поклонения духу-хозяину местности на обоо проводили ламы. Во время проведения службы они читали молитвенные призывания, обращенные к ламаизированному духу-хозяину обоо, пяти дхьни-буддам, Будде Шакьямуни, Майтреи, бодхисатвам Авалокитешвара, Манджушри, докшитам. Затем под руководством лам верующие совершали ритуальное кропление молочными продуктами божествам, зазывание счастья и благополучия. После обряда у подножия горы проводилось традиционное народное гуляние со скачками, национальной борьбой, стрельбой из лука. Буддийские службы на обоо проходили раз в год, обычно в то же время, что и в добуддийский период. На одном и том же обо могли совершаться как буддийские, так и шаманские обряды.

У калмыков, откочевавших со своих родовых территорий из Западной Монголии в степи Нижнего Поволжья, культ священных курганов ова претерпел значительные изменения. Главное место в нем стало отводиться общенациональному покровителю – Цаган Аав – Белому Старцу, культ которого был распространен у всех монголоязычных народов и у тюркоязычных тувинцев и был настолько буддизирован. Изображения этого персонажа можно было нередко встретить и в буддийских храмах. Буряты во время обряда почитания ова изображение Белого Старца помещалось на вершине насыпи или рядом с ней. Подношениями для него служили шкуры овец, ленты, полоски ткани. Во время летнего праздника урюс сар калмыки проводили на ова обряды жертвоприношения мясом и молоком земле и воде. Буддийское духовенство накануне этого народного действа молилось Бурхан-багши (Будда Шакьямуни) о благополучии скотоводческих хозяйств и совершало кропление скота смесью молока и топленого масла. Священнослужители также опускали приношения, стоявшие до того на алтарях в хурулах, в водные источники, чтобы те не пересыхали.

Буддизм за свою многовековую историю сильно повлиял на быт, жилище, костюм, ритуальную практику народов Сибири, а также плодотворно воздействовал на формирование и развитие философской мысли, литературного языка, медицины, архитектуры, изобразительного искусства, норм нравственного поведения. Основополагающими морально-этическими принципами духовной традиции буддизма являются сострадание и любовь ко всем живым существам, гармоничное взаимодействие человека и природы. Высшая цель буддизма – достижение просветленного состояния сознания во благо всех живых существ. Народы России, вставшие на путь, указанный Буддой, продолжают следовать по нему и в наши дни. Новый расцвет буддийской культуры является важной частью процесса возрождения национальных ценностей этих народов и служит одним из основных критериев этнического самосознания.

Дополнительные материалы:
Скульптура Цзонхава
Скульптура Цзонхава
Экспонат
выдающийся религиозный деятель, мыслитель и ученый
Майдари хурал
Майдари хурал
Термин
Праздничный молебен
Лавран
Лавран
тибетский монастырь
Лама
Лама
Термин
Учитель, проповедник